Просто бросила лежачего и ушла

Как-то раз, мама оставила меня на дороге. Вот так, просто бросила лежачего и ушла.

Происходило это все в период восьмидесятых. Зима. Горы свежевыпавшего снега. Сани, с которых я и упал.

В то время детки нередко падали с саней. Кутали нас так, что со стороны по виду ребенка от медвежонка отличить было почти невозможно. Несколько слоев самих теплых шарфов, шапка, размером в два раза больше головы, все это так намотано и перемотано. Что остается лишь узенькая щелочка для глаз. В то время такие человекоподобные медвежатки выстилали все подходы к детским садам. Ходи слухи, что на базе ЖЭКа есть своя собственная мини-служба, которая этих неваляшек с тропинок подбирала и развозила по садам. 

В то утро, оказавшись один одинешенек в сугробе, я не стал паниковать. Нет, дело не в том, что я был весь такой из себя разумный. Просто я был, во-первых, слишком мал, чтобы осознать всю ситуацию и запаниковать. А во-вторых, я спал.

Мою пропажу мама сумела заметить лишь спустя метров сорок. Эти сорок метров, спустя много лет наших с ней не изживающих себя споров сумели разрастись до четырехсот метров, так что она неоднократно корила себя за опрометчивое решение рассказать мне о том случае в более зрелом возрасте. А тогда она сразу же бросилась обратно и уже спустя минуту навстречу ей появилась дама со мной на руках.

- Вы потеряли? – спросило это прекрасное видение.

Забирая меня с чужих рук, маман слезно благодарила мою спасительницу и всячески старалась повиниться:

- Так некрасиво получилось! Вы уж простите, обычно я очень внимательно слежу, а сегодня не выспалась, похоже, вот и не обернулась вовремя! – все причитала на разные лады мама.

- Да ладно, и не такое бывает. Знаете, я как-то раз мужа пьяного с дня рождения везла. А потом в автобусе его забыла, представляет? – отвечает ей дама.

Хоть эти понятия и близко эквивалентны друг другу не были, моей маме сразу полегчало, и больше она себя такой виноватой не чувствовала.