Боль и слезы, радость и отчаяние, грань и радуга…

Письма писали друг другу чуть ли не каждый день. Ждали у почтовых ящиков. Иногда перезванивались. Отец Гульшат провел телефон домой, а Самат со школы звонил своей любимой. Никогда еще так медленно не тянулись для них дни, как тогда, в дни их расставания. «Скорее бы окончить школу», - мечтал ургинский парень. «Увидеть бы его хоть на минутку», - прятала мысли в подушку по ночам девушка.
… Тянулись месяцы, часы словно остановились для двоих. И вот прозвенел последний школьный звонок. За которым последовало первое настоящее испытание для любви и юности – Самат поступил в уфимский институт, а Гульшат… потеряла документы. Пока восстанавливала, все сроки для сдачи вступительных экзаменов прошли. Была возможность поступить только в СПТУ – в Мелеуз. И снова осыпались письма, словно осенние листья – грустные, частые и полные надежд. Прошло два года, СПТУ позади. За это время Самат и в армии успел отслужить и вернуться на второй курс БГАУ – на ветврача. Гульшат получала профессию журналиста в БГУ. Как тут в очередной раз не вспомнить поговорку о том, что все, что ни делается – к лучшему. Потому что в год ее поступления факультет журналистики только лишь открыли.
В 1991 году молодые сыграли свадьбу – все деревней гуляли, даже двумя – Самаза и Ургинка. А после свадьбы на законных правах поселились в семейном общежитии БГАУ. Учились очно – он утром, она с двух. Такое расписание было очень кстати, когда в семье Имельбаевых родилась первая доченька Зубаржат. «Бог нам всегда помогал», - говорит Гульшат. Так по очереди и сидели с малышкой, ни в какой академический отпуск тогда не уходили. До 9 месяцев молодая мамочка кормила дочку, а потом молоко вдруг пропало. Расстроилась женщина, но, как оказалось, и это было к лучшему – еще через 9 месяцев в семье появился сын Салават. Так, в студенческом общежитии появился еще один «студент». И знаете, что было любимой игрой малышей? Книжки и тетрадки родителей! В то время, как игрушки пылились на полках. Причем, маленькие Имельбаевы не рвали родительское добро, не грызли и даже не слюнявили, а обходились со своими любимыми вещами бережно и аккуратно, перекладывая тетрадки стопочками, листая учебники с формулами и теоремами. В 1993 году Самат, окончив институт, уехал домой, забрав с собой маленькую дочку – болели родители, нуждались в уходе. Гульшат еще год вместе с грудным сыном жила в Уфе – оканчивала БГУ, сдавала «госы».
Более спокойной стала жизнь уже после окончания учебы. Самат к тому времени уже трудился ветврачом в колхозе «Заветы Ильича», Гульшат устроилась в школу учителем культуры Башкортостана, потом завучем по воспитательной работе.
А потом… началось страшное. Дикие боли где-то в области желудка давали о себе знать день ото дня все чаще. Постоянная тошнота, а потом и рвота. «Чувствовала, будто внутри у меня что-то шевелится, какое-то инородное тело. Желудок как будто бегал внутри. Холод не любил», - вспоминает Гульшат. К этому времени женщина была беременна уже пятым ребенком. Тяжело дала беременность, доработать до декретного отпуска не смогла – уволилась, ушла со школы. А когда родила, тогда же, в роддоме сказала Гафуру Давлетовичу Магадееву (гинеколог, проработавший в ИЦРБ очень много лет), что обязательно вернется еще, ведь они с мужем всегда хотели иметь почему-то именно шестерых детей.
Когда многодетная мама забеременела в шестой раз, болезнь дала о себе знать с новой силой. Тошнота, рвота и непрекращающиеся боли стали ее неразлучными спутниками. Гульшат не могла кушать, не могла ходить… Когда прошла медицинское обследование в Мраково, словно ножом полоснули слова врача о страшном диагнозе - онкология, лечению не поддается. Но главврач той больнице, троюродный брат Самата, Ренат Гафурович Ибрагимов, отправляя Имельбаевых в Уфу, сказал – мы будем делать все возможное. В день, когда Гульшат положили в уфимскую больницу, у нее открылось кровотечение – сделали экстренную операцию, удалив часть пораженного органа – желудка.
… Очнувшись после тяжелой операции, Гульшат смеялась – ни на секунду не отходил от нее любящий муж с впавшими от бессонницы глазами, похудевший от переживаний, но без умолку рассказывающий анекдоты, отвлекал жену от плохих мыслей. Через месяц, вернувшись домой, супруги встретили еще одну беду – Гульшат потеряла ребенка, она не была больше беременна. А еще через несколько дней, гоня прочь дурные мысли и думая о детях, она уже была в Уфе – пригласили, чтобы вручить медаль «Материнская слава». Пять лет женщина, можно сказать, жила в онкобольнице в Уфе – неделя в стационаре, три недели дома. Перенесла 25 процедур химиотерапии. С 2005 по 2007 годы с семьей сняли жилье в Уфе, муж устроился работать в таможню, в свободные от дежурства дни таксовал. «Эти пять лет все хозяйство наше было на плечах родственников мужа, они и огород сажали, и за домом, т за скотиной смотрели, и даже соленья делали, - делится Гульшат. – Как будто мы и не уезжали из дома. Младшему сыну ведь годик только был, и за ним они смотрели».
В 2007 году родилась дочка Айсылу. Имельбаевы вернулись в Ургин. А в 2010 – седьмая дочка Айгуль появилась на свет. И жить бы семье да поживать, перестрадав столько несчастий, да нет, не тут то было. Судьба послала семье еще одно страшное испытание.
В то время супруги работали в Кугарчинском районе в хозяйстве – он – управляющим, она – заведующей фермы. У обоих работа отлично ладилась, настроение было хорошее, еще и бабье лето в разгаре – ласково светило солнышко, березы пропускали его лучи через золотую листву. Когда в кармане затрезвонил сотовый, Гульшат поскорее поспешила взять трубку – наверняка звонит супруг или дети. Не ожидала услышать страшную весть. Охнув, прислонилась к стене. Но, когда уже через несколько минут позвонила первоклассница Айсылу, плача и говоря, что дом горит, Гульшат уже взяла себя в руки и ответила: «Главное, что все вы живы, что мы все вместе, не лпачь!». «А дом – дело наживное – построим новый, еще лучше», - обнял супругу Самат. Пожарные тогда сказали – от печки огонь разошелся. Но и во сне, и в мыслях Гульшат крутится одно – не «доброжелатели» ли, не зависть ли людская… Сон видела – женщина смотрит зло, с огнем ходит. «В этот день тепло было, печка на фитиле стояла», - вспоминает Гульшат.
В первую ночь ночевали у родственников мужа – тогда у них родился первенец, позвали в гости. В Ургине, когда рождается новый житель, всей деревней празднуют, так заведено. А потом сняли дом в Кугарчинском районе, ведь там работали. Детей уже на второй день устроили в местный садик. Только одна дочь школьница осталась пока жить у родственников, чтобы не менять школу. Муж не показывал вида, но очередная беда подкосила его . Положили в больницу, там познакомился с работником местного РДК. Рассказывали о себе много друг другу. Хорошим оказался тот человек, затянул и Самата, и Гульшат в культурную жизнь села, отвлекал, как мог от тягостных раздумий. Достал Самат уже позабытый было кубыз, Гульшат - _____. Стали ездить с гастролями по соседним деревням. «Вот дурочка-то, - со слезами на глазах смеется Гульшат. – У нас дом сгорел, жить негде, а мы – по гастролям, сейчас бы, наверное, не смогла так».
Все беды свои Имельбаевы переживали так, с анекдотами, гастролями да песнями. После операции – анекдоты, пожар – кубыз . Задыхались от беспомощности, ноги подкашивались от сознания того, что, возможно, завтра - не будет. Но у Имельбаевых были дети. И жажда жизни. Жить хотелось всегда. Смотреть, как набираются сил сыновья, как день ото дня краше становятся дочки. Как делают первые шаги, как заливисто смеются длиннокосые девчата. Как краснеют, рассказывая о том, что соседский мальчишка ранец до дома донес. Слышать их ласковое «люблю». Слышать пение птиц и журчание весенних ручье. Лепить снеговиков и ловить ртом падающие снежинки. Дико, до боли в груди, до хрипа хотелось жить. И пели они, и играли, и плакали по ночам, оба, и никто об этом не знал. Потому что по утрам провожали детей в школу, собирали в садик, шли на работу, по вечерам выступали. Хватались за жизнь. И жили. И – живут.
Отстроили времянку, где с самых первых дней, когда постелена была последняя доска на полу, всегда были гости. А потом – помогло государство – на субсидию, выделенную в помощь работникам сельского хозяйства, сельским жителям, построили дом. И пусть он поменьше прежнего, зато царит в нем еще больше любви и верности. Пусть этот дом станет началом новой жизни, без горестей и бед!
Никогда не надо паниковать, пусть все идет своим чередом – вот девиз ургинских жителей. С 20­­__ и сейчас Гульшат работает в нашей редакции. Кстати, без ее вкусных и красивых пирогов не обходится ни один праздник! Она отлично пишет, ее материалы нравятся читателям. Хотя сейчас, в силу обстоятельств, работает в рекламном отделе, но читатели часто интересуются: «У Вас талант, Гульшат апай, что пишете редко?» Самат работает в ______. Старшая дочь Зубаржат не так давно вышла замуж и подарила родителям внучку – сейчас любимице Асель пять месяцев. Знали бы вы, как ждали Имельбаевы это маленькое чудо! Зубаржат работает неонатологом ы Уфе, ординатуру она окончила на «отлично». Купили с мужем двухкомнатную квартиру. Салават – весь в отца! Как и сестры, окончил музыкальную школу, играет на трубе – в 11 классе в Москве он получил Гран-при за виртуозную игру. Но жизнь свою решил связать с более прибыльным делом – открыл собственный бизнес, это сеть организаций по доставке еды «Радуга вкуса», четыре филиала в городах России. Студентка БГМУ Янгузель играет на флейте, она – будущий стоматолог. Азат – сиудент инженерного факультута БГМУ. А три младшеньких дочи – Камила, Айсылу и Айгуль пока не улетели из родного гнездышка. Камила – ученица 9 класса ИСШ №3, Айсылу и Айгуль – учатся в гимназии Исянгулово.